О деле: Александр Соколовский обвинен в соответствии с п. “а” ч. 2 ст. 282 УК РФ (возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства с применением насилия или угрозой его применения). По информации от пресс-службы судов общей юрисдикции Москвы, подсудимый угрожал расправой российским участникам военных действий в Украине во время стрима. Суд первой инстанции приговорил подсудимого к 4 годам принудительных работ (заменяя лишение свободы).
Дело рассматривает Московский городской суд в коллегиальном составе. Судьи: Рахматов, Кузнецова и Васина.
Заседание началось с задержкой на 1,5 часа.
Соколовского представляет адвокат по назначения Филонова О.Г. Фамилия сотрудницы прокуратуры неизвестна.
В начале заседания судья спросила подсудимого, почему в деле вместо паспорта “какой-то документ”. Поскольку Соколовский приговорен к принудительным работам, он находится в зале суда рядом со своим адвокатом, не в клетке.
На вопрос о паспорте Соколовский пояснил, что после вступления приговора 26 апреля в законную силу он отбывал наказание в исправительном центре.
Приговор Зеленоградского районного суда от 10 апреля 2025 года предусматривал лишение свободы сроком на 4 года с заменой наказания на принудительные работы, с удержанием 15% дохода в пользу государства. Соколовский был освобожден из-под стражи в зале суда. Он признал вину и раскаялся в содеянном.
Прокурор первой инстанции Панов ранее указывал, что преступление относится к категории тяжких и было совершено во время военных действий. В апелляционном представлении он просит исключить смягчающие обстоятельства: признание вины и содействие раскрытию. Изменить приговор и назначить 5 лет лишения свободы в колонии общего режима, зачтя срок содержания под стражей с мая по апрель. Прошлый защитник Соколовского заявлял, что оснований для удовлетворения апелляции нет и приговор следует оставить без изменений. Сотрудница прокуратуры отметила, что свою позицию выскажет в прениях.
Соколовский в своем выступлении подчеркнул, что уже год отсидел в “тюрьме”, получил шанс измениться, овладел профессией и работает больше установленного норматива. Он выразил надежду на снисхождение суда, подчеркнув, что из исправительного центра у него только положительные характеристики. После СИЗО он старается вернуться к нормальной жизни и доказать, что люди могут исправляться.
Адвокат Филонова отметила, что Соколовский направил возражения на апелляционное определение, но срок на обжалование по закону составляет 15 дней, а в данном случае прошло три месяца, и уважительных причин для пропуска срока нет. На пятый день после вынесения приговора прокурор получил его копию, а восстановить срок предлагалось из-за большой нагрузки по работе. Судья перебила защитницу, заметив, что сейчас речь идет не об этом, и добавила, что “адвокаты и через год подают апелляции без уважительных причин”.
Филонова попыталась сослаться на характеристику с работы, но судья указала, что документ не был приобщен к делу. После этого защитница вновь напомнила о трехмесячной задержке подачи апелляции и подчеркнула, что речь идет о судьбе человека. Судья ответила, что это следует обсуждать с прокурором, а не с судом.
Ходатайств о повторном исследовании доказательств не поступило. Защита заявила ходатайство о приобщении характеристики с места отбывания наказания, которое Соколовский поддержал. Прокурор не возражала, и судья удовлетворила ходатайство.
В прениях прокурор поддержала апелляционное представление, заявив, что приговор чрезмерно мягок и не может считаться обоснованным, предложив зачесть срок содержания под стражей “день за полтора”. Соколовский в ответ подчеркнул, что сделал все возможное, чтобы работать и отвечать за содеянное. Он рассказал, что вместо положенных двух рабочих дней через два выходных, работает пять дней в неделю, и год в СИЗО многому его научил. Он признал, что его прошлое публичное выступление было неподобающим, и раскаялся в нем.
Филонова в своем заключительном слове напомнила, что гособвинитель сам просил учесть в качестве смягчающего обстоятельства способствование раскрытию, а теперь, спустя три месяца, предлагает его исключить. Она назвала это взаимоисключающими подходами, недопустимыми с точки зрения гуманности и отношения к конкретному человеку. Суд изначально разделил позицию прокурора, учел смягчающее обстоятельство и назначил наказание, с которым Соколовский согласился и не обжаловал его. Адвокат отметила, что действия прокуратуры напоминают истязание: приговор вступил в силу, человек начал отбывать наказание, а затем неожиданно появилась апелляция.
Заседание было отложено перед последним словом подсудимого без каких-либо просьб или видимых причин.
